«Вчера на стройке дома Ушкова с лесов упал архитектор Мюфке» — такая заметка появилась в казанской газете в 1906 году. Архитектор сломал два ребра, поднялся и снова полез на леса. Дом он строил для молодой жены заказчика и, судя по упорству, считал его в какой-то мере своим.
История началась со свадьбы. Алексей Ушков, сын владельца химических заводов и внук чайного магната, учился в Казанском университете и женился на Зинаиде Высоцкой, дочери профессора хирургии. В подарок жене он заказал архитектору Карлу Мюфке перестройку двух домов — в Москве и в Казани. Казанский собрали из трёх старых зданий на Воскресенской улице, и работы шли с 1904 по 1908 год.
Внутри каждый зал получил собственный стиль, как будто хозяева коллекционировали не вещи, а эпохи. Парадный зал отделан в духе ампира, с военной атрибутикой на потолке. Гостиная — под рококо, с камином из тёмного мрамора. Столовая обшита морёным дубом и перекрыта кессонами — квадратными углублениями в потолке. Есть мавританская комната, где двери покрыты арабской вязью, и есть сад-грот: потолок в сталактитах, стены из ракушечника, в расщелинах пробиваются растения. Витражи на парадной лестнице делала мастерская Шарля Шампиньоля. Полы почти во всех комнатах набраны из паркета, и рисунок в каждом зале свой.
Снаружи дом тоже спорит с соседями. Круглый эркер на углу повторяет мотивы Воскресенского собора, который стоял напротив, через улицу: архитектор поставил новое здание в разговор со старым. Нижний этаж сдавался под магазины, и входы в них были с улицы, а парадный вход поместили почти в центре фасада. Наверху жили: там шли парадные комнаты одна за другой, по анфиладной системе, когда двери стоят на одной оси и весь этаж просматривается насквозь. Внизу торговали, и коридоры отделяли лавки от подсобных помещений.
После революции имущество Ушковых национализировали, и в 1919 году в доме открылась центральная губернская библиотека. Почти 100 лет сюда ходили за книгами, а не за интерьерами, и интерьеры от этого только выиграли: их не перестраивали. В 2020 году библиотека переехала, и у дома началась другая жизнь — с проектом реставрации, который прошёл экспертизу в 2024.
Особняк задумывали как подарок одному человеку, а он сделался общедоступным. Комнаты, каждая со своим характером, оказались удобны не для жизни семьи, а для того, чтобы по ним водили экскурсии: залы сами показывают, что бывает, когда у заказчика есть деньги, а у архитектора — время.