Дом, в котором сегодня музей, в 2008 году разобрали. Новое здание построили из современных материалов, сохранив прежний вид, — и в этом есть своя правда: писатель, которому посвящён музей, тоже уехал из Казани, а вернулся сюда уже только книжным именем.
Дом этот знал две семьи. Его поставили в начале девятнадцатого века дворяне Апехтины. Спустя столетие здесь прошло десятилетие юности Василия Аксёнова, а казанские краеведы напоминают, что в этом же доме жила Елена Дьяконова — та самая Гала, жена и муза Сальвадора Дали. Улица в те годы называлась Комлева, в честь рабочего-революционера, и только в девяносто шестом её переименовали в честь учёного-механика Хамида Муштари.
Аксёнов родился в Казани в 1932 году. Его мать, Евгения Гинзбург, преподавала историю и позже написала «Крутой маршрут» — книгу о годах, проведённых в лагере. Отец, Павел Васильевич, работал в партийных органах. Оба были репрессированы, и детство кончилось раньше, чем должно было. Потом был Ленинград, медицинский институт, работа врачом — и параллельно рассказы, которые сначала печатали, а потом перестали.
Повести «Коллеги» и «Звёздный билет» вышли в начале шестидесятых и сделали его знаменитым на всю страну. Дальше — «Затоваренная бочкотара», «Ожог», «Остров Крым», позже — «Московская сага». «Ожог» и «Остров Крым» в Советском Союзе не выходили: их привозили из-за границы и читали в копиях, а «Затоваренная бочкотара» успела выйти в «Юности» и наделала шума. По его повестям сняли фильмы «Коллеги» и «Мой младший брат». В 1980 году Аксёнов уехал в Соединённые Штаты, и советского гражданства его лишили; вернули только в 1990. Умер он в 2009 году — в тот же год в Казани открылся этот музей.
Музей входит в городской музейный комплекс и занимает несколько небольших комнат. Кроме него в этом объединении — музеи художника Баки Урманче и скульптора Амира Мазитова, галерея-студия Ильдара Зарипова. Здесь о казанском детстве, о родителях, о шестидесятых и о долгой жизни после отъезда. Смотреть на вещи тут приходится иначе, чем в старых особняках: дом новый, и потому главным экспонатом в нём оказывается рассказ.
Писателя, которого много лет не печатали, вернули в город домом на его же казанской улице. Пусть стены и новые: место, где прошло детство, закончившееся арестами, всё равно остаётся местом — и это, пожалуй, то, чего у него нельзя было отнять.
