С земли «Подкову» не увидеть целиком: с улицы Громобоя это просто длинная изогнутая стена, и только с высоты понимаешь, что дом — половина круга. Двор внутри замкнут. В плане это не буква «П» и не квадрат, а половина круга — форма, которую в жилой застройке встречают редко. Вся эта геометрия напоминает о том, как в 1930-е годы решали жилищный вопрос: быстро, крупно и с оглядкой на ведомство.
Дом построили в 1933–1934 годах для работников Объединённого государственного политического управления — ОГПУ, и это многое объясняет в его облике. Проект подготовил архитектор Александр Иванович Панов. Полукруглая форма, вопреки ожиданию, не была архитектурной идеей: заказчик потребовал предельной компактности, и кривая оказалась простейшим способом уложить много квартир на малом участке.
Внутри — 104 квартиры на 6 этажах. Внешняя кривая стен тянется на 186 метров, внутренняя — на 108,5 метра, ширина торца — 10 метров. Полезная площадь дома — 7405 квадратных метров, жилая — 5114. Стены из силикатного кирпича; на первом этаже работал магазин «Военторг». Народное имя дом получил по форме: полукруг с замкнутым двором и правда похож на подкову, только очень большую.
Жили здесь чекисты и их семьи, позже — сотрудники Наркомата внутренних дел и Комитета госбезопасности. В 1950-е годы над семью вертикальными эркерами появилась надстройка: дом подрос без изменения плана. Рядом, на проспекте Ленина, 37, стоит «Дом-пуля» — там чекисты работали, здесь жили.
Полукруг стал одним из узнаваемых силуэтов Иванова. Двор «Подковы» — отдельный мир: сюда не заглядывает город, и полукруг стен работает как забор. В 1930-е такая замкнутость была частью замысла: ведомственный дом должен был отделять своих от чужих, и планировка это подчёркивала. Квартиры здесь небольшие, но с высокими потолками и большими окнами — следы эпохи, когда экономили на площади, но не на свете. Кривая стена дала ещё один эффект: внутри двора почти нет прямых углов, и пространство читается как театральная декорация.
«Подкова» и «Дом-пуля» образуют пару: работа и жизнь стояли рядом, и это само по себе говорит о времени больше, чем любой учебник. Сегодня оба здания — часть городской памяти, и полукруг на Громобоя узнают даже те, кто не знает имени архитектора. С улицы Громобоя дом выглядит буднично, и это обманка: вдоль стены видно, как кривая набирает силу и уходит за угол. Для города это место давно стало привычным ориентиром.