Слобода, в которой стоит эта церковь, называлась Скучиловой; название, по народному объяснению, — от слова «скучиваться». Здесь сходились обозы пяти дорог: московской, юрьевской, ростовской, ярославской и шуйской. Возы, кони, ямщики, ночёвки, торговля — место бойкое и шумное. А церковь при нём крошечная, ниже соседних колоколен, и это не бедность, а точный расчёт.
Она зимняя, и это объясняет её размеры: маленький объём держит тепло, низкие своды не дают ему уйти под купол, и в мороз здесь можно служить, не превращая приход в ледник. Летняя церковь рядом — большая и холодная, а эта топится и вмещает тех, кто пришёл в будний день. Симеоновская церковь 1749 года — как раз такой зимний храм: небольшие размеры, очень простая архитектура, предельно лаконичный декор. По форме она повторяет старые деревянные зимние церкви — те, что рубили низкими, с одной главкой, без затей.
Приход у неё был под стать: в семнадцатом веке Скучилова слобода принадлежала Спасо-Евфимиеву монастырю, и жили в ней крестьяне из монастырских вотчин, знавшие ремесло. Люди, которые весь день работали руками и весь день видели проезжих, приходили сюда вечером, и им нужен был не простор, а тепло и недолгая служба.
Рядом стоит её летняя пара — большая Смоленская церковь, а чуть в стороне отдельная колокольня с высоким шпилем, поставленная на рубеже восемнадцатого и девятнадцатого веков уже в духе классицизма, то есть по правилам античной симметрии и строгого ордера. Три постройки трёх разных характеров: маленькая тёплая, большая холодная и высокая звоная. Вместе они объясняют, как был устроен церковный год в посадском Суздале, — по половинам, от Пасхи до зимы и обратно.
Церковь не раз перестраивали, и переделки исказили её первоначальный облик: то, что видно теперь, — итог многих поправок, а не замысел одного мастера. Тем интереснее смотреть на неё как на документ: по таким неприметным зданиям видно, что город жил не только праздниками, не только в кремле и не только на торговой площади.
Обозы больше не сходятся в Скучиловой слободе, дороги обошли её стороной, и тишина здесь стоит такая, что слышно, как снег ложится на кровлю. Престол между тем посвящён Симеону Столпнику — святому, который провёл на каменном столпе десятилетия, в жару и в стужу, и сделал холод частью своего подвига. В его честь поставили церковь, куда приходили греться. Сама её малость напоминает: храм строили не для того, чтобы удивить, а чтобы в нём было тепло.
