Железный Дзержинский стоит теперь вровень с человеческим лицом. Тот самый, с Лубянской площади, который в августе девяносто первого сняли с постамента под ликование толпы. Здесь у него нет ни постамента, ни охраны, ни таблички с запретом: можно подойти, потрогать холодную бронзу и заглянуть за спину, куда не смотрел никто.
Парк возник из-за этих свергнутых фигур. После девяносто первого года по стране снимали памятники советским деятелям, и в Москве их свозили на пустырь у Крымского вала, сваливая прямо на землю. Так стихийно образовалось кладбище идеологии, а в девяносто втором его официально превратили в парк искусств.
Сегодня здесь больше шестисот пятидесяти работ: вожди тридцатых и пятидесятых, бюсты героев труда, памятники соцреализма и рядом — скульпторы-авангардисты, которых при жизни не жаловали. Считается, что это самое большое собрание скульптуры под открытым небом в России. Смотрители относятся к экспонатам не как к святыням: сколы, трещины и следы времени тут тоже считают памятником эпохе.
Самое интересное в Музеоне — то, чего у скульптур нет. Их создавали для площадей: расчет был на взгляд снизу вверх, на монументальность, на дистанцию. Без постамента видно другое — грубые швы, полые спины, следы креплений. Фигура, задуманная как божество, вблизи оказывается обычной отливкой, и это превращение стоит целой лекции по истории искусства.
В две тысячи пятнадцатом Музеон вошёл в состав Парка Горького, а с Крымской набережной он связан с две тысячи тринадцатого года. Вместе с ним в один комплекс вошла Крымская набережная — длинная линия вдоль реки, по которой летом катаются на скейтах и велосипедах, а зимой гуляют вдоль воды. Соседний Дом художника, построенный в семидесятые, тогда казался образцом современной архитектуры, а теперь сам стал частью истории. Деревянные лежаки, дорожки, газоны, на которых разрешено сидеть, скульптуры среди деревьев — теперь это место прогулок, а не паломничества. Здесь устраивают выставки, читают лекции, а по вечерам у воды включают подсветку. В двух шагах — Крымский мост, и с набережной видно, как скульптуры стоят на фоне реки и проходящих теплоходов.
Есть в этом парке своя честность. Вход свободный, и парк открыт круглый год. Другие музеи показывают, чем восхищались; Музеон показывает, чему подчинялись, — и делает это без пафоса, оставляя зрителю право самому решать, что перед ним: искусство, история или просто металл, которому нашли место.