В метрической книге Богоявленской церкви есть запись: 2 февраля 1873 года здесь крестили мальчика, родившегося днём раньше. Мальчика звали Фёдор Шаляпин. Позже он пел в церковном хоре этой самой церкви, а памятник ему теперь стоит в двух шагах, на улице.
Деревянный храм Богоявления поставили в семнадцатом веке на месте прежних Проломных ворот посада. По нему и слобода, росшая вдоль улицы, стала называться Богоявленской. Каменную церковь начали в 1731 и достроили к 1756 году на средства купцов Ивана Михляева и Сергея Чернова. В 1741 году храм горел так, что уцелели только стены, и, по некоторым сведениям, каменное строительство начали как раз после этого пожара. К концу работ пристроили трапезную, и объём церкви вырос почти вдвое.
Собор стоит в глубине двора, а известность ему сделала колокольня. В 1892 году умер Иван Кривоносов, почётный гражданин Казани и многолетний староста этой церкви. Он завещал ей 35 тысяч рублей, и 25 из них — на новую колокольню. Проект выбирали на конкурсе, объявленном в газете; строили с перерывами и к 1897 году закончили. Кто её автор, спорят до сих пор: чертёж с подписью потерян, зато в архивах сохранились бумаги о тяжбе двух архитекторов за право называться автором.
В нижнем ярусе колокольни был сквозной арочный проход с улицы к церкви. В советское время его заложили, а в девяностых раскрыли снова, и теперь через колокольню снова видно двор. На второй ярус вела парадная лестница: там устроили ещё один храм, освящённый в память обретения главы Иоанна Предтечи. Высота колокольни, по разным обмерам, от шестидесяти двух до семидесяти четырёх метров, и в начале прошлого века она была самым высоким зданием города. Самый тяжёлый её колокол весил 526 пудов — его поднимали наверх отдельно, с особой осторожностью.
В тридцатые годы собор закрыли. Сначала в храме устроили склад, а с пятидесятых годов — спортивный зал университета, лепнину заштукатурили, главы разрушили; в колокольне торговали и чинили оптику. В девяносто седьмом году собор вернули церкви, и с тех пор служба идёт здесь каждый день, а реставрация всё ещё не завершена.
Колокольню знают все, а сам собор многие принимают за обычный дом во дворе. Высокая башня перетянула на себя чужую славу — и получилось, что у одного храма две судьбы: одна на виду, другая за воротами.