Парк лежит между проспектом Мира и улицей Ленина и занимает больше 60 гектаров особо охраняемой природной территории. Каскад прудов, хвойные и лиственные леса, дорожки — это не музей и не усадьба, а большой городской парк, куда ходят гулять, кататься на велосипеде и заниматься спортом.
История началась в 1968 году, когда на этом месте решили создать парк культуры и отдыха имени 50-летия Советской власти. Парк задумывался как место отдыха и смотра хозяйственных успехов области. Тогда здесь разместились сельскохозяйственная выставка и ипподром, который работает до сих пор и принимает любителей конного спорта. В 1973 году парк получил статус крупнейшей рекреационной зоны регионального значения, то есть территории, закреплённой за отдыхом горожан.
Известность принёс кинематограф. Пьесу «Снегурочка» Островский написал в 1873 году по заказу императорских театров, музыку к ней заказали Чайковскому, а премьера прошла 11 мая 1873 года. Фильм Павел Кадочников снял в 1968-м на реке Мере и под Щелыковом и сам сыграл царя Берендея; на экраны картина вышла 28 апреля 1970 года и была приурочена к юбилею драматурга. После съёмок деревянные декорации — деревня берендеев с крепостью, дозорной башней и резными домиками — подарили городу и перевезли сюда.
Горожане быстро стали называть парк «Берендеевкой», и в 1990 году имя закрепили официально. Слово не выдумано: берендеи — тюркские кочевые племена, жившие в восточноевропейских степях в одиннадцатом — тринадцатом веках. В летописи они впервые упомянуты в 1097 году, в двенадцатом веке то воевали с русскими князьями, то шли к ним в союзники, а к тринадцатому веку растворились среди соседей. Под 1139 годом летопись сообщает, что на помощь киевскому князю пришло 30 тысяч берендеев, — цифра, скорее всего, преувеличена, но показывает, какими их запомнили. У Островского царь Берендей правит «царством добрых берендеев», у которых с историческими кочевниками общего немного.
Сегодня тут велодорожки, детские и спортивные площадки, вейк-парк, беседки и мангальные зоны, рядом — парк-отель, ресторан и музейно-выставочный комплекс. Каскад прудов и лес при этом остаются главными: в них приходят не за аттракционами, а за тишиной.
Держится это место на двух вещах — на настоящем лесе и на вымысле. Лес был здесь до всякого кино, вымысел пришёл из фильма. Съёмочные декорации строят на несколько сезонов, а не на века, и всё же имя оказалось прочнее дерева: парк узнают по одному слову.