Посад — это город за стенами: ремесленный и торговый, без собственной крепости, но со своими церквями, улицами и слободами. В Коломне он облегал кремль, повторяя дороги на Москву и Рязань, и жил не с обороны, а с торга и ремесла. Ремесленники селились слободами по профессиям, и город долго хранил эту разметку. Кремль был защитой посада и его же помехой: в осаду посад первым оставался без прикрытия.
В 1521 году посад сгорел, и виноват в этом, по версии историка В. Ю. Кириченко, был не враг. Коломенский гарнизон по приказу воеводы князя Юрия Хохолкова-Ростовского сам выжег посад, чтобы нападавшие не нашли в нём ни укрытия, ни припасов. Долго считалось, что город тогда сожгли крымские войска; версия Кириченко опирается на несколько летописных сводов и остаётся версией.
После Смуты посад оправился быстро: стены чинили всё реже, а лавки и мастерские заработали снова. Ремесло и торговля сделали то, чего не смогла оборона, — вернули городу смысл. Уже к середине семнадцатого века главной частью Коломны был посад, а кремль — приложением к нему. Город, похоже, перестал быть крепостью раньше, чем перестал ею считаться: в бумагах он ещё числился укреплённым пунктом, а в жизни был торговым.
Каменным посад стал в восемнадцатом — девятнадцатом веках. Тогда появились торговые ряды, купеческие дома в стиле барокко, пожарная каланча в классическом стиле. В этих домах узнаётся не вкус заказчика, а расчёт: первый этаж — лавка или склад, второй — жильё, и всё вплотную к улице, чтобы покупатель заходил прямо с тротуара. Дерево горело часто, и каменный дом был не роскошью, а страховкой: после очередного пожара улицу отстраивали заново, уже в кирпиче.
В 1864 году неподалёку прошла железная дорога Москва — Рязань, и посад окончательно стал тылом. Промышленность ушла к станции Голутвин, а старая часть города осталась с лавками, особняками и тишиной. Новые пути обошли старый центр стороной, и посад не перестроили под заводы. С этого времени Коломна существовала в двух временах: заводской город и купеческий посад.
Сегодня это район Старая Коломна. Его ценность не в отдельных памятниках, а в масштабе: здесь сохранилась среда, в которой дом, лавка и храм стоят на одной линии. Посад проиграл кремлю в славе, но выиграл в повседневности — и именно она держит город, когда кончаются парады. Здесь по-прежнему открываются лавки, мастерские и маленькие музеи: посад не стал музеем, он просто продолжается.