Эта церковь занимает во всём здании только восточную часть. В центре — просторная трапезная палата, с запада — келарская палата, где ведали монастырским хозяйством, а внизу, в подклете, размещались служебные помещения. Церковь пристроена к палате как её продолжение, и снаружи почти не понять, где кончается столовая и начинается храм.
Построили её в 1551 году, при Иване Грозном; предание связывает постройку с памятью о царевне Анне, умершей младенцем. Место выбрали не пустое: до этого здесь стояла деревянная постройка ещё четырнадцатого века. Подклет — нижний, почти подвальный этаж, где держали припасы и утварь, — в таком здании не роскошь, а необходимость: всё, что нужно для общей трапезы, должно храниться рядом. Каменное здание получилось двойным по смыслу: с одной стороны, это храм в честь святой Анны, матери Богородицы, с другой — обыкновенная монастырская столовая.
Внутри палата одностолпная: своды опираются на один столп в середине. Один столп вместо четырёх даёт широкий зал без лесной чащи подпор, и сидящие за столами видят друг друга. Первоначально у церкви не было апсиды — выступа, где помещается алтарь; её пристроили в семнадцатом веке. В шестнадцатом веке у западного угла появилась звонница, и здание перестало быть симметричным: пристройки жались к тому углу, где было удобнее, а не туда, где красивее. По мнению исследователей, такая композиция ближе к польской строительной традиции, чем к русской.
Трапезная была главным общим помещением обители. За длинными столами собирались все сёстры, ели в молчании, и чтение вслух заменяло разговоры: кто-нибудь читал жития или поучения, и обед становился продолжением службы. За тем же столом сидели работники и странники — монастырская трапезная кормила не только своих. У каждой сестры было своё место и своя ложка, и порядок соблюдался твёрдо: общая трапеза считалась таким же послушанием, как работа.
Сейчас службы в Покровской обители идут именно здесь, в зимнем Зачатьевском храме. Выбор понятный: зал небольшой, стены толстые, топить его проще, чем огромный собор, — а зима в Суздале длинная, и служить в нетопленом храме невозможно.
Имя, которое носит эта церковь, принадлежало и святой, и девочке, прожившей меньше года. В посвящении они соединились так, что уже не разделить: каждый раз, когда над престолом произносят «Зачатие праведной Анны», звучит и второе имя — то, которое в летописях осталось одной строкой.
