В этом музее почти нет зданий, которые стояли бы на своём месте. Избы, амбары, церкви и даже мельницы приехали сюда на платформах и собрались заново на лугу у Каменки. Место выбрали не наугад: здесь стоял Дмитриевский Печерский монастырь, основанный в одиннадцатом веке; его последние постройки снесли в 1930-х.
Музей сложился в 1960-х стараниями реставратора Валерия Анисимова, автора монографии «Народное зодчество Владимирского края». Замысел был широкий: собрать в одном месте больше тридцати деревянных построек Владимирской области. Перевезти удалось 18 — остальные к тому времени сгорели или были снесены. А когда прокладывали коммуникации, под будущими избами нашли вещи домонгольского времени: у музея оказалась земля старше его самого. Перевозка сруба — работа не на месяц: дом разбирают по брёвнам, каждое метят, везут и собирают на новом месте, подгоняя венцы заново.
Ядро экспозиции — две церкви восемнадцатого века: Воскресенская из села Патакино, 1776 года, и Преображенская из Козлятьева, 1756. Вокруг них складывается крестьянская усадьба. Дома Кузовкиных из села Лог и Куликовых из Каменёва — оба 1861 года; дом Волковых из Илькина, дом Евграфовых из Тынцов, ещё один жилой дом из Васенина. Дальше хозяйственный ряд: часовня из Бедрина 1880 года, три свайных амбара из Польца на самом берегу, два овина из Никитина, лабаз из Мошка и две ветряные мельницы оттуда же.
Первый экспонат музея сюда так и не попал: Никольскую церковь из села Глотово в 1960 году поставили в кремле, и она до сих пор стоит там. Зато на смежном участке уцелел дом купцов Агаповых восемнадцатого века — единственная постройка, которую не перевозили, она всегда была на этом месте и никуда не ехала. В состав музея дом вошёл только в 2010-х, а до того жил своей жизнью, отдельно от экспозиции.
Внутри изб понятно, как жили: печь, полати, красный угол с иконами, лавки по стенам. В хозяйственном ряду — баня, топившаяся по-чёрному, без трубы: дым шёл прямо в помещение и выходил через дверь и волоковое окно. Овины из Никитина — глухие сараи, где в печи-куреве сушили снопы перед обмолотом: без этой сушки зерно не выходило из колоса.
Каждый июль на этой поляне шумит Праздник огурца с соленьями, закусками и конкурсами. Музей собрался из переселенцев, но вышел живым: на деревню здесь не смотрят сквозь стекло витрины, её пробуют на вкус — с рассолом, чёрным хлебом и первой зеленью. И только по меткам на брёвнах видно, сколько дорог каждой избе пришлось проехать, чтобы снова стать улицей.
